Беда инквизиции не в том, что она сожгла Джорданно Брунно, а в том что она не сожгла Николая Коперника (пусть земля будет ему круглой, по-галиеевски).
Истину не может отменить даже инквизиция, коперникианский переворот заставил-таки признать факт вращения земли вокруг солнца, а не наоборот. Красоту, как один из модусов существования истины, не смогла победить и продюсерская инквизиция, вооружённая лжетеорией «правильных аккордов» и мнимой непритязательности аудитории.
Суперпозиция — наиболее точное определение место группы «Николай Коперник». В поле современной русской культуры, то есть она находится в затоптанных джунглях варваризированной музыкальной сцены и возвышенно-воздушных пространствах, где водится прекрасное одновременно.
Розан в крапиве — фраза наиболее автобиографичного героя Льва Толстого наиболее аутентична, в данном случае.
Назвать их первыми романтиками, как, в прочем и последними, было не совсем верно — «Коперник» единственные романтики, в чём и заключена уникальность коллектива. Аристократизм романтического жеста, отрицающего плебеитизацию культуры, не содержит ни классовых, ни расовых коннотаций, предельно гуманистичен утверждая свободу человеков в праве бороться за красоту и истину здесь и сейчас.
Модные фразы написаны мёртвыми буквами, модные песни исполнены ржавыми роботами - давайте наслаждаться (эстетически ) живым голосом живых людей, пока живы сами. www.myspace.com/nikolaykopernik
Группа «Оберманекен» по праву заслуживает статуса самой изысканной и аристократичной, а Женя Калачев и Анджей Захарищев фон Брауш — звания эстетов номер один. Затерянная в 80-е в пространстве отечественного рока, бороздившая затем далекие страны и континенты, группа вновь вернулись в Россию летом 1998-го, чтобы обрести здесь второе рождение и стать среди богемной публики одной из самых любимых. Видимо, потому, что ее идейным вдохновителям удалось так верно уловить чаяния молодой эстетствующей интеллигенции — тех, для кого эстрадный попс бесконечно примитивен, а рок — слишком резок.
Миссионеры утонченного гедонизма и декадентствующие аристократы нового века, они уводят слушателя в «башню из слоновой кости», погрузив в причудливый и многоликий мир фантазий и «новой эротики». Это мир экзотических стран, тонких запахов, тайных желаний и межгалактических грез, где «воздушные, как поцелуй» слова окутывают ваше сознание таинственной вуалью, а нежные и легкие гармонии «космического джаза» ласкают слух.
